Выступление Вячеслава Мархаева на 424-ом заседании Совета Федерации в рамках выступлений членов Совета Федерации по актуальным социально-экономическим, политическими иным вопросам (обновлено)

Уважаемая Валентина Ивановна, уважаемые коллеги!

Сегодня будет принят основной финансовый документ страны – федеральный бюджет на 2018 и на плановый период 2019 и 2020 годов, приостановление ряда социальных статей бюджетов ФОМС, Пенсионного фонда и так далее.

Хотелось бы поделиться… Несколько дней назад, выступая на форуме финансового университета «Что день грядущий нам готовит?» Министр финансов Силуанов Антон Германович предложил сократить число тех, кто получает социальную поддержку из бюджета. Якобы переформатирование уровня социальной поддержки приведет к более справедливому распределению ресурсов и росту экономики.

Позволю себе комментарий. Понятно, почему Министр финансов затронул тему сокращения бюджетных расходов в условиях санкций и стагнирующей экономики страны. Сокращать расходы – это, возможно, и правильно. Не понятно только, почему министр решил это сделать за счет граждан нашей страны, проживающих и так в непростых условиях. Понятно, что в конечном итоге в ходе реализации этих мер страдают в первую очередь наименее защищенные наши сограждане – пенсионеры, дети, люди, нуждающиеся в получении медицинской помощи, работники бюджетной сферы и так далее.

Не понятно, почему бюджет не пополняется за счет увеличения денежных средств в виде налогов и дивидендов с государственных корпораций, за счет сокращения заработной платы и дополнительных выплат, в том числе так называемых «золотых парашютов» топ-менеджерам государственных корпораций.

Почему не проводится работа по сокращению численности сотрудников государственного аппарата, уменьшение расходов на содержание органов власти, увеличение продолжительности амортизации имущества, в том числе транспортных средств, находящихся в пользовании сотрудников органов власти?

Не понятно, почему Министр финансов никаким образом не реагирует на отрицательные результаты так называемых инвестиций государственных корпораций за рубежом. Не надо напоминать, что «Роснефть» стала крупнейшим инвестором Иракского Курдистана. Меньше чем за год принадлежащая государству российская компания вложила 4 млрд. долларов в нефтегазовые сделки в спорном регионе. Теперь, после фактической ликвидации автономии, каким образом будут реализованы эти проекты или возвращены денежные средства? Что по этому поводу сказало Министерство финансов? И таких примеров можно привести множество.

Уважаемые коллеги! Наша позиция такова, что можно и нужно сокращать бюджетные расходы, но нельзя это делать за счет тех, кто не стоит около власти, и за счет тех, кто не знаком с министром Силуановым, то есть за счет подавляющего большинства граждан нашей страны. Ведь ликвидация льгот, даже для небольшой категории населения, отрицательно скажется на благосостоянии не только этой категории граждан. О каком экономическом росте может идти речь в данном случае?

В такой редакции не предвидится возможным поддерживать те инициативы, которые приняты в Государственной Думе.

***

О Федеральном законе «О федеральном бюджете на 2018 год и на плановый период 2019 и 2020 годов»(проект № 274618–7)

Докладчик: Министр финансов Российской Федерации Антон Германович Силуанов

АА.Г. Силуанов, Министр финансов Российской Федерации:

Уважаемая Валентина Ивановна, уважаемые члены Совета Федерации! Еще совсем недавно мы здесь обсуждали наши проектировки бюджета, бюджетную политику на предстоящую трехлетку. Хочу сказать, что действительно прошло немного времени и мы уже обсуждаем федеральный закон о бюджете на 2018–2020 годы. Я хочу сказать, что в этом законе (что называется, в окончательной версии этого документа), уже принятом Государственной Думой, во многом учтены те замечания и предложения, которые высказывались в Совете Федерации при рассмотрении бюджетной политики, которую мы здесь обсуждали.

У нас задачи закона остались те, которые мы также формулировали здесь, в Совете Федерации, – это, безусловно, стимулировать экономический рост, который начался в конце 2016 года, и обеспечить поддержку наших граждан, доходы которых существенно сократились в 2015 и 2016 годах. Напомню, что только в 2015 году реальная заработная плата наших граждан сократилась на 9 процентов (это в реальном выражении). И, безусловно, задача государства, задача бюджета – оказать содействие как в восстановлении доходов населения, так и в восстановлении темпов экономического роста. База, конечно, – это экономический рост, поскольку, если не будет роста экономики, мы не сможем выполнять наши социальные программы, поддерживать инфраструктуру, решать те приоритетные вопросы, которые ставит перед нами ситуация.

Поэтому для обеспечения роста экономики в бюджете предусмотрен целый ряд таких инструментов. Это и налоговые инструменты. Мы вместе с проектом бюджета внесли целый ряд изменений в законодательство. В первую очередь это касается инвестиционной льготы (мы об этом много говорили). И сейчас мы договорились (и законодательство у нас уже принято) о том, что право на предоставление таких стимулов – развивать экономику в части учета инвестиций при определении налогооблагаемой базы по прибыли предоставляется субъектам Российской Федерации. Именно регионы принимают решение о предоставлении этой важной для предпринимателей льготы.

Конечно, это и новые предложения в части увеличения добычи сырьевых ресурсов. У нас подготовлен и внесен в Государственную Думу законопроект в части налога на дополнительный доход. Его реализация, правда, будет не в следующем году, а через год, но тем не менее это даст уже сегодня уверенность основным нефтедобывающим компаниям в том, что государство поддержит их инвестиции в новые разработки, в новые месторождения. Здесь и в бюджете учтены новые предложения в части «обеления» рынка нефтепродуктов. У нас предусмотрены принятие решения по увеличению налогообложения так называемых средних дистиллятов (это производные от нефтепродуктов, которые до сих пор использовались под видом нефтепродуктов и не подлежали налогообложению) и целый ряд других позиций.

Поэтому именно через налоговые преференции, налоговые стимулы мы учитываем нашу задачу увеличения роста.

В самом бюджете за счет расходов учтены также средства, необходимые для развития промышленности, развития сельского хозяйства, учтены и расширены такие инструменты, как специнвестконтракты. Все это делается для того, чтобы (еще раз повторюсь) поддержать те темпы, которые у нас начаты.

Здесь новые инструменты (и мы об этом говорили) – это и инфраструктурная ипотека, и фабрика проектного финансирования, и поддержка малого и среднего предпринимательства. Во всяком случае, несмотря на все ограничения в наших финансовых ресурсах, в бюджете учтены ключевые направления по стимулированию роста.

Безусловно, и здесь уже говорилось, основная инвестиционная привлекательность делается в субъектах Российской Федерации. И большое значение отведено в бюджете именно стимулированию субъектов Российской Федерации к привлечению инвестиций в каждом регионе. Об этом говорил здесь Дмитрий Николаевич, докладывая о том, что у нас предусмотрены возврат прибыли, гранты и в самой системе межбюджетных отношений много что сделано. Поэтому мы создали необходимые инструменты, для того чтобы регионы были заинтересованы и стимулированы к привлечению дополнительных инвестиций.

Доходы населения. В бюджете предусмотрен целый ряд позиций для восстановления доходов населения. В первую очередь, конечно, это повышение МРОТ с 1 января следующего года до 85 процентов от прожиточного минимума, а начиная с 1 января 2019 года минимальный размер оплаты труда будет равен прожиточному минимуму. Необходимые ассигнования предусмотрены как на федеральном уровне, так мы учли их в наших межбюджетных трансфертах субъектам Российской Федерации. Конечно, это и поддержка бюджетников. Это в полном объеме учет на федеральном уровне выполнения указов Президента от мая 2012 года. Мы учли это и для федеральных бюджетников. И, соответственно (это тоже уже обсуждали), мы учитывали дополнительные средства, даже сверх тех параметров, которые мы изначально планировали (планировали около 50 млрд. рублей, а в бюджете учтено 100 млрд. рублей), для поддержки заработных плат, повышения заработных плат и минимального размера оплаты труда работникам бюджетной сферы в субъектах Российской Федерации. Поэтому реализация указов по повышению заработной платы как на федеральном уровне, так и на региональном уровне учтена в бюджете, обеспечена финансами.

Хочу сказать, что мы сейчас с субъектами Российской Федерации сверяем цифры по бюджетам регионов, и субъекты Российской Федерации подтверждают нам, что те или иные средства в объемах учтены в их региональных бюджетах. В ходе следующего года мы будем осуществлять ежемесячный мониторинг хода исполнения этой задачи. Конечно, здесь и повышение денежного довольствия военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов, которое пять лет не повышалось. Здесь и индексация пособий и пенсий. Я хочу сказать, что у нас индексация пенсий учтена в размере 3,7 процента, а реальная инфляция в этом году будет на процентный пункт меньше, то есть, несмотря на то что мы приняли законодательство о том, чтобы индексировать пенсии по фактическому уровню инфляции предыдущего года, тем не менее в бюджете это учтено с запасом (не то что с запасом, а дополнительная переиндексация пенсий). И мы считаем, что это правильно, потому что у наших пенсионеров, конечно, реальные пенсии после тех сложных годов (2015 и 2016 годов) сократились, и мы сейчас пытаемся их восстановить.

Регионы. Безусловно, здесь говорилось о снижении долговой зависимости за счет реструктуризации бюджетных кредитов. Это и новая система межбюджетных отношений, и передача дополнительных доходов в виде рубля акцизов, которые пойдут на дорожное хозяйство.

Почти 30 млрд. рублей дополнительно поступит в субъекты Российской Федерации в следующем году. Это и полностью распределение всех субсидий, о чем мы с вами не один год говорили, и реализовали эту задачу в бюджете 2018 года. Все субсидии, за исключением грантовой поддержки или субсидий на компенсацию тех затрат, которых понесли субъекты, поскольку их невозможно распределить, распределены законом о бюджете. И это дает возможность субъектам Российской Федерации заключить соглашения. Мы договорились, что это будет до 15 февраля, все соглашения будут заключены с соответствующими министерствами и ведомствами, и деньги поступят уже в начале года в регионы. Это тоже важно. Это такая институциональная задача, но тем не менее это важно для регионов.

Завершаю. Бюджет, несмотря на все санкции и ограничения, которые возможны (нас везде пугают, что могут быть введены дополнительные санкции), составлен умеренно консервативно, исполни́м по всем обязательствам, несмотря на все ограничения, которые могут быть. И все обязательства в следующем году будут выполнены, несмотря на внешние условия на сырьевых рынках или какие-то политические решения. Надеюсь, конечно, что их не будет, но тем не менее обязательства наши будут выполнены. Спасибо.

Переходим к вопросам.

Антон Владимирович Беляков, пожалуйста.

А.В. Беляков. Спасибо. Вы не ошиблись, Валентина Ивановна, к Антону Германовичу вопрос.

Председательствующий. Пожалуйста.

А.В. Беляков. Антон Германович, ровно в этом зале недавно я Вас спрашивал о том, какими никудышными аналитическими инструментами, видимо, обладает Минфин, и возвращаюсь к этой ситуации. Вы планировали бюджет исходя из цены 40 долларов за баррель, прямо сейчас цена на нефть 63 доллара за баррель – на 50 процентов выше. Внимание, вопрос… Про то, что вы не умеете анализировать, я уже не спрашиваю, понятно, что все мировые агентства с учетом соглашения ОПЕК никаких резких снижений не предсказывают. Очевидно, эти деньги, 50 процентов, не будут освоены к четвертому кварталу. Вопрос: куда они пойдут, снова в зарубежные фонды, в иностранные ценные бумаги? Как вы планируете поступить с этой гигантской дельтой, которую вы умышленно (я утверждаю, умышленно!) занизили в доходной части бюджета?

Председательствующий. Пожалуйста, Антон Германович.

А.Г. Силуанов. Я здесь не согласен с риторикой вопроса, что мы здесь, как Вы сказали, обладаем никудышными аналитическими инструментами, не умеем анализировать. Наверное, Вы хотите такой пафос немного к своему выступлению добавить, хотя это не соответствует действительности, я Вас уверяю.

Вопрос об учете цены на нефть в бюджете соответствует тем принципам и бюджетному правилу, которые мы с вами приняли в Бюджетном кодексе. И это правило принято не для того, чтобы, как Вы говорите, обмануть кого-то (но, если так кто-то думает, тот, значит, не читал законы, которые мы принимали в части бюджетного правила, и даже пояснительные записки к ним), а принято для того, чтобы обезопасить бюджет, обезопасить наши обязательства от внешних изменений – будь то цены, которые не контролирует наша страна, на внешних рынках (хотя мы вместе со странами ОПЕК заключаем соглашения, но, как будет дальше развиваться эта ситуация, мы здесь пока еще не знаем) или другие различные ограничения, которые могут быть введены в отношении нашей страны. Поэтому сейчас разгоняться и увеличивать наши расходы – мне кажется, это абсолютно несерьезный, недальновидный и негосударственный подход.

Именно благодаря тому, что мы – люди государственные и люди, которые прекрасно осознают риски, которые могут возникать в следующем году, и неоднократно на эти грабли уже наталкивались, мы поставили в бюджете на следующий год цену на нефть 40 долларов за баррель. И я вас уверяю, что если бы мы сделали иное предположение, как предлагаете Вы, 60 долларов за баррель, то поставили бы под риски наши обязательства, поставили бы под риски зарплаты бюджетников и поставили бы под риски устойчивость всей нашей финансовой системы.

Этого Правительство допустить не может и не будет этого делать.

Председательствующий. Спасибо. Аргументированный, убедительный ответ. Благодарю Вас.

Вячеслав Михайлович Мархаев, пожалуйста.

В.М. Мархаев. Спасибо.

Уважаемый Антон Германович, я считаю Ваш ответ нашему коллеге-сенатору Белякову не совсем корректным.

И возвращаюсь к утренней, разминочной части. Агентство РБК, лента.ру и другие интернет-издания разместили интервью, которое Вы дали несколько дней тому назад на форуме Финансового университета, что якобы Вами предложено сократить число тех, кто получает социальную поддержку из бюджета, якобы (дословно) «переформатирование уровня социальной поддержки приведет к более справедливому распределению ресурсов и росту экономики». Что Вы имели в виду? И говорили ли Вы об этом? Спасибо.

А.Г. Силуанов. Уважаемый Вячеслав Михайлович, уважаемые коллеги! Действительно, выступая на одном из мероприятий (это было в Финансовом университете), я говорил о том, что вопросы реформирования социальной поддержки – это одна из наших задач. И логика этого реформирования заключается в том, что необходимо отойти от старого принципа распределения этой поддержки «всем сестрам по серьгам» и оказывать поддержку исключительно нуждающимся гражданам. Речь идет о различных видах социальной помощи. Безусловно, это не касается базовых видов поддержки, которые определены таким чувствительным категориям наших граждан, но принцип оказания социальной поддержки должен заключаться в том, что государство должно в большей степени поддерживать нуждающихся, чем даже сегодня, но делать это более адресно и точечно, нежели происходит зачастую в нынешних формах такой поддержки. Вот именно это я имел в виду. Не имелось в виду сокращение объемов выделяемых средств из федерального бюджета, а имелась в виду необходимость учитывать возможности, учитывать нуждаемость тех или иных наших граждан, которые зачастую получают помощь из бюджетов всех уровней, а их возможности совершенно иные, и они могут самостоятельно получать необходимые услуги. Поэтому именно в таком формате и был разговор на этом форуме.

Я думаю, что мы с вами должны разделять такой подход, потому что мы видим, что сейчас действительно количество получателей финансовой помощи достаточно большое, объемы финансовой поддержки небольшие, маленькие, и, для того чтобы увеличить помощь таким гражданам, необходимо концентрировать ресурсы как раз для оказания этой поддержки. Именно в этом ключе я и высказывался на форуме в Финансовом университете.

Председательствующий. Спасибо, Антон Германович.

г. Москва, 29 ноября 2017 г.