Знайте Советские люди, что вы потомки воинов бесстрашных!

За Москву

5 декабря — День начала контрнаступления советских войск в битве под Москвой в 1941 году.

Знайте Советские люди, что вы потомки воинов бесстрашных!
Знайте, Советские люди, что кровь в вас течет великих героев,
отдавших за Родину жизни, не помыслив о благах!
Знайте и чтите Советские люди подвиги дедов, отцов!

 

Среди исторических событий, над которыми время не властно, особое место принадлежит Московской битве, в рамках которой состоялось контрнаступление под Москвой. В суровые дни осени 1941 г., когда со всей остротой встал вопрос о самом существовании нашей державы, ответ на него зависел от того, устоит или нет Москва под натиском германского вермахта. Его моторизованные и армейские корпуса, еще не знавшие ни одного поражения во Второй мировой войне, сметавшие все преграды на своем пути, прорвали стратегический фронт и, окружив значительные силы трех советских фронтов под Вязьмой и Брянском, устремились к Москве. В такой драматической обстановке, казалось, случится самое худшее и непоправимое. В ту пору не только враги, но и друзья нашей страны не сомневались, что судьба Москвы предрешена, а ее паденье — дело нескольких ближайших дней.

Однако вопреки всем мрачным прогнозам, этого не случилось. Защитники столицы вместе с жителями Москвы и Подмосковья, героически сражаясь с врагом, превратили город в неприступную крепость. Они бились с захватчиками днем и ночью, на фронте и в окружении, во вражеском тылу и в небе столицы. Упорной обороной занимаемых позиций, контратаками и контрударами, вводом свежих резервов и ударами с воздуха они изматывали силы противника. И вот, когда немцы подошли к пригородам столицы и уже в бинокли могли разглядеть жизнь на улицах города…

Советские войска перешли от обороны в контрнаступление

Советское командование, готовя контрнаступление, стремилось сделать все возможное, чтобы скрыть от противника свои намерения. Планирование операции во фронтах осуществлял предельно ограниченный круг людей, а боевые документы к ней разрабатывал лично начальник штаба фронта. Командующих армиями предупредили, что с полученной ими директивой:

«о переходе в контрнаступление ознакомить только члена Военного совета и начальника штаба. Исполнителям давать распоряжения в части, их касающейся».

Запрещались любые переговоры о предстоявшем контрнаступлении по техническим видам связи.

Однако полностью утаить столь крупномасштабную перегруппировку войск от противника, находясь в непосредственном соприкосновении с ним, было маловероятно. Действительно, как свидетельствуют трофейные и иные документы, сведения, полученные германской стороной от агентурной, воздушной и других видов разведки, позволяли ей нарисовать сравнительно полную картину о положении Красной Армии и замысле ее командования. В донесениях отмечалось выдвижение крупных сил русских к северу и югу от Москвы. Но, несмотря на тревожный характер этих сообщений, адекватных оценок со стороны германского командования они не получили. Продолжая оставаться в плену собственных иллюзий, оно считало, что русские уже не в состоянии ввести в сражение значительные силы, а факт появления свежих частей под Москвой расценило как обычную перегруппировку войск с пассивных участков на активные для противодействия немецкому наступлению. 4 декабря командующий группой армий «Центр» генерал-фельдмаршал Федор фон Бок на одно из подобных донесений разведки отреагировал так:

«…Боевые возможности противника не столь велики, чтобы он мог этими силами… начать в настоящее время большое контрнаступление».

Германское командование закрывало глаза на усилившееся сопротивление советских войск и их возросшую активность. Лишь усталостью своего личного состава, а главное влиянием погодных условий объясняло оно то обстоятельство, что не выдержавшие контрударов немецкие войска были отброшены под Яхромой, Кубинкой, Наро-Фоминском, Каширой, Тулой и на других участках.



bitva-za-moskvu10


bitva-za-moskvu15


bitva-za-moskvu16

Соотношение сил и средств на 5 декабря 1941 г.

Силы и средства

Советские войска

Немецко-фашистские войска

Соотношение
Личный состав, тыс. чел.

1100

1708

1:1,5
Орудия и минометы, ед.

7652

13500

1:1,8
Танки, ед.

774

1170

1:1,5
Самолеты, ед.

1000

615

1,6:1

Вопреки своим недавним декларациям типа «еще до начала зимы враг будет разгромлен», «противник уже никогда не поднимется», Гитлер на сей раз заявил, что во всех бедах вермахта под Москвой виновата холодная зима, которая мол, к тому же наступила слишком рано. Однако подобная аргументация не убедительна. Ведь средняя температура в Подмосковье, и об этом свидетельствуют ежедневные оперсводки группы армий «Центр», держалась в ноябре на уровне минус 4-6°С. Наоборот, замерзшие болота, ручьи, мелкие речки вместе с неглубоким еще снежным покровом резко улучшили условия проходимости немецких танков и моторизованных частей, которые получили возможность, не увязая в грязи, действовать вне дорог, выходить на фланги и в тыл советских войск. Такие условия были близки к идеальным. Правда, с 5 по 7 декабря, когда ртутный столбик опускался до отметки минус 30-38°С, положение войск заметно ухудшилось. Но уже на следующий день температура поднялась до нулевой отметки. Следовательно, в мотивировке фюрера просматривается его желание скрыть правду о положении на восточном фронте, снять с себя ответственность за неподготовленность своих войск к действиям в зимних условиях, а главное, сохранить безупречный престиж политического и военного руководства рейха.

Тем временем контрнаступление Красной Армии продолжало набирать темпы. Войска правого крыла Западного фронта, взаимодействуя с Калининским фронтом, наносили удары по клинско-солнечногорской и калининской группировкам врага, а смежные фланги Западного и Юго-Западного фронтов — по его 2-й танковой и 2-й полевой армиям.

Войска 30-й армии под командованием генерал-майора Д.Д. Лелюшенко, прорвав своим центром фронт обороны 3-й танковой группы, с северо-востока приближались к Клину. Здесь немцы оказывали особенно упорное сопротивление. Дело в том, что выход советских войск на ближние подступы к Клину создавал угрозу глубокого флангового удара по немецким войскам, действовавшим северо-западнее Москвы. Вот почему германскому командованию пришлось спешно усиливать свою клинскую группировку за счет переброски войск с других участков. Уже 7 декабря в район Клина начали перебрасываться части шести танковых дивизий. Это обстоятельство привело к замедлению наступления 30-й армии, но зато другим войскам правого крыла Западного фронта облегчило ведение боевых действий.

И, тем не менее, темп наступления советских войск оставался еще очень низким: он составлял всего 1,5-4 км в сутки. Наступавшие соединения втягивались в бои за овладение опорными пунктами, поспешно создаваемыми немцами в населенных пунктах, узлах дорог и на господствовавших высотах, но, к сожалению, при этом они действовали крайне неумело. Даже те из них, что прекрасно проявили себя в оборонительных сражениях, не успели овладеть искусством ведения наступательного боя.

На калининском направлении контрнаступление развивалось еще медленнее. 29-я армия под командованием генерал-лейтенанта И.И. Масленникова вместо того, чтобы нанести один удар, предприняла наступление одновременно на трех участках фронта, к тому же удаленных один от другого на 7-8 км. Каждая из трех наступавших дивизий наносила удары на 1,5-километровом фронте. Атаковавшие части вклинились в оборону противника, но, простреливаемые его огнем с обоих флангов, вынуждены были остановиться. На следующий день немцы предприняли сильные контратаки и вновь оттеснили советские части на левый берег Волги. По существу и к концу пятого дня боев соединения 29-й армии оставались на тех же рубежах, с которых они начали наступление. Наоборот, 31-я армия, командующим которой был генерал-майор В.А. Юшкевич, достигла успеха. Она захватила плацдармы на правом берегу Волги и к исходу 9 декабря продвинулась на 10-12 км, перерезав шоссе Калинин — Тургиново и тем самым создав угрозу тылу группировки противника в Калинине.

В то же время армии правого крыла Западного фронта продолжали наступать. К исходу 12 декабря они продвинулись еще на 7-16 км. Теперь линия фронта проходила северо-западнее, севернее и восточнее Клина и вплотную подошла к Истринскому водохранилищу, р. Истре. Были освобождены города Солнечногорск и Истра.

Немцы, стремясь помешать наступлению советских войск, взорвали плотину. Наступление приостановилось. Чтобы удержать дороги, ведущие на запад, и обеспечить вывод главных сил 3-й и 4-й танковых групп на рубеж Волоколамск, Руза, противник продолжал упорно сражаться в районе Клина и Истринского водохранилища.

Советское командование усиливало войска и производило перегруппировки, однако наступление развивалось в целом недостаточно быстро. В действиях соединений и частей по-прежнему преобладали лобовые атаки укрепленных опорных пунктов противника, а не окружение их посредством охватов. Вот почему генерал армии Г.К. Жуков директивой от 13 декабря вновь потребовал от армий правого крыла:

«неотступным и энергичным наступлением завершить разгром противника, причем 30-й и 1-й ударной армиям предстояло частью сил окружить врага в районе Клина».

Командующий Западным фронтом категорически запрещал лобовые атаки укрепленных узлов сопротивления врага. Он приказывал:

«преследование вести стремительно, не допуская отрыва противника. Широко применять сильные передовые отряды для захвата узлов дорог, теснин, дезорганизации походных и боевых порядков противника».

С 11 декабря соединения 16-й армии Западного фронта под командованием генерала К.К. Рокоссовского пытались преодолеть Истринское водохранилище. Однако после взрыва плотины лед опустился на 3-4 м и у западного берега покрылся полуметровым слоем воды. Кроме того, на этом берегу, который являлся довольно серьезным естественным препятствием, заняли оборону части пяти дивизий противника. Для наступления в обход водохранилища с севера, а реки с юга генерал Рокоссовский сформировал две подвижные группы. Одну группу возглавил генерал Ф.Т. Ремизов, другую — генерал М.Е. Катуков. Командующий Западным фронтом генерал Г.К. Жуков передал на усиление 5-й армии 2-й гвардейский кавалерийский корпус генерала Л.М. Доватора, два отдельных танковых батальона и другие части.

Для развития наступления на правом крыле Западного фронта применение подвижных групп имело важнейшее значение. Используя свои маневренные возможности, они наносили внезапные и дерзкие удары по флангам противника, даже выходили в его тылы. Особенно впечатляющих результатов на этом этапе контрнаступления добилась подвижная группа Л.М. Доватора. Об этом свидетельствуют не только отчетные документы советских штабов, но и оперативные сводки группы армий «Центр».

Несмотря на трудности и недостатки, контрнаступление развивалось успешно. Войска Западного фронта за 11 дней наступления продвинулись на своем правом крыле от 30 до 65 км, их средний темп составил почти 6 км в сутки. Войска левого крыла Калининского фронта преодолели расстояние от 10 до 22 км. Их средний темп не превысил 0,8-1,8 км в сутки. Итак, на ближних подступах к Москве, к северу и северо-западу от нее отборные войска вермахта впервые потерпели значительное поражение и вынуждены были с большими потерями отступать.

В эти же дни войска левого крыла Западного фронта добились больших успехов, чем те соединения, что действовали севернее и северо-западнее столицы. Три основных обстоятельства обусловили это достижение.

Во-первых, неудачное расположение соединений генерал-полковника Г. Гудериана.

Во-вторых, умелое использование командованием Западного фронта создавшегося положения. Главный удар был нанесен по слабому месту в оперативном построении противника — во фланг и тыл основной его группировки.

В-третьих, наступление с выдвижением войск из глубины, непосредственно из района сосредоточения, обеспечило внезапность удара.

Используя благоприятную ситуацию, соединения 10-й армии под командованием генерала Ф.И. Голикова выбили противника из ряда населенных пунктов и к исходу 7 декабря продвинулись почти на 30 км в глубину расположения противника. В тот момент перед советским командованием открылась перспектива не только расчленить, но и окружить восточнее Тулы часть сил танковой армии Г. Гудериана. Чтобы не допустить окружения, генерал Г. Гудериан поспешил отдать войскам приказ об отходе на рубеж рек Шат и Дон.

Между тем враг усиливал сопротивление и на других участках. К 9 декабря он ввел в сражение 112-ю пехотную дивизию, которая совместно с отошедшими частями заняла оборону по западному берегу р. Шат, Шатского водохранилища и р. Дон. Опираясь на эти естественные препятствия, немцы остановили 10-ю армию, части которой к тому моменту успели продвинуться на глубину до 60 км. Однако все попытки ее соединений преодолеть эту позицию оказались тщетными.

8 декабря генерал армии Г.К. Жуков отдал приказ: совместными усилиями войск группы Белова и 50-й армии окружить и уничтожить немецкую группировку, действовавшую южнее Тулы, а 10-й армии — нанести удар на Плавск. Анализ хода реализации этого приказа показывает, что советским войскам не удалось перехватить пути отхода противника из мешка восточнее Тулы. Высокие темпы отступления с одновременным использованием естественных препятствий и заграждений на путях наступления советских войск позволили дивизиям Г. Гудериана не только избежать окружения в том районе, но и остановить 10-ю армию.

Между тем наступление левого крыла Западного фронта продолжало развиваться. На рассвете 14 декабря группа Белова освободила станцию Узловая, а на следующий день — Дедилово. В тот же день войска 10-й армии штурмом взяли Богородицк, продолжая наступление в сторону Плавска. Но главное, что еще 14 декабря в контрнаступление включилась еще одна армия — 49-я, возглавляемая генералом И.Г. Захаркиным, с задачей разгромить алексинскую группировку противника. К исходу 16 декабря она продвинулась от 5 до 15 км, прикрывая справа войска 50-й армии.

В полосе правого крыла Юго-Западного фронта действовала 2-я немецкая армия под командованием генерала Р. Шмидта, которая наступала вплоть до 6 декабря, а потому не имела подготовленной обороны.

6 декабря на направлении вспомогательного удара начала действовать 13-я армия генерала А.М. Городнянского. В первый день ее войска не достигли сколь-нибудь значительного территориального успеха, но зато они отвлекли внимание противника от направления главного удара фронта, вынудив германское командование снять отсюда часть сил для противодействия соединениям 13-й армии. Это дало возможность ударной группе фронта, возглавляемой генералом Костенко, нанести утром 7 декабря внезапный удар по ослабленной немецкой группировке. В тот же день 13-я армия завязала бои непосредственно за г. Елец. Враг оказывал упорное сопротивление, но в ночь на 9 декабря под угрозой окружения его части стали выходить из города. Елец был освобожден. На другой день войска армии наступали уже во всей полосе. Попытки немцев задержать их успеха не имели. 10 декабря части генерал-лейтенанта А.М. Городнянского продвинулись от 6 до 16 км, а противник поспешно отступал в западном и северо-западном направлениях.

Для успешного окружения отходивших на северо-запад частей противника нужно было предварительно решить две основные задачи:

увеличить темп наступления; изменить направления ударов 13-й армии и группы Костенко, нацелив их на Верховье.

В целом этому благоприятствовала и общая обстановка. Выполняя поставленные задачи, войска под командованием генералов А.М. Городнянского и Ф.Я. Костенко к исходу 12 декабря наполовину окружили елецкую группировку врага. Полное ее окружение завершилось к исходу 16-го, когда левофланговые соединения 3-й армии вышли к пос. Судбищи.

Вражеские части, пытаясь пробиться на запад, многократно переходили в контратаки. Своими активными действиями они нередко ставили в сложное положение войска группы Ф.Я. Костенко. Так, отдельным частям 34-го армейского корпуса противника удалось выйти на коммуникации 5-го кавалерийского корпуса генерала В.Д. Крюченкина и прервать его снабжение. Однако вскоре войска фронта почти полностью разгромили 34-й армейский корпус, а его остатки отбросили на запад. Моральный дух немецких солдат настолько упал, что командующий 2-й армией генерал Шмидт был вынужден отдать приказ выявлять лиц, которые осмелились вести пораженческие разговоры, и для наглядного примера другим немедленно их расстреливать.

В то же время войска маршала С.К. Тимошенко, которые нанесли серьезное поражение 2-й армии, продвинулись на запад на 80-100 км. Кроме того, они отвлекли на себя и часть сил 2-й танковой армии, облегчив этим выполнение задачи войскам левого крыла Западного фронта.

Контрнаступление под Москвой шло уже восьмой день, а сообщений о нем не было никаких. Думы о грозящей беде, нависшей над столицей, тяжким грузом давили на людей, а неизвестность только усиливала их тревогу за участь любимого города. И вот в ночь на 13 декабря по радио прозвучало сообщение Совинформбюро:

«В последний час. Провал немецкого плана окружения и занятия Москвы». В нем впервые раскрывались планы врага, и говорилось о срыве «второго генерального наступления на Москву».

К этому времени советские войска разбили ударные танковые группировки противника и, продвинувшись от исходной линии севернее столицы на 60 км, а южнее — на 120 км, устранили непосредственную опасность Москве. Иными словами, войска трех фронтов выполнили ближайшую задачу и достигли главной цели контрнаступления:

отбросить врага как можно дальше от Москвы и нанести ему возможно большие потери.

16 декабря советское командование отдало распоряжение о продолжении преследования противника. Войскам определялись рубежи, которых они должны были достигнуть, а также сроки выполнения задач и способы их решения. При этом увеличивались ширина фронта наступления и состав привлекаемых войск за счет правого крыла Калининского, центра Западного и правого крыла Юго-Западного фронтов.

Ставка непрерывно координировала усилия фронтов. Проанализировав отданные приказы, она установила, что если Юго-Западный фронт перейдет в наступление 18 декабря, то он будет явно отставать на 100 км от смежного с ним крыла Западного фронта. Поэтому Ставка предложила маршалу С.К. Тимошенко ускорить срок наступления правого фланга Юго-Западного фронта. В соответствии с полученными указаниями С.К. Тимошенко приказал 61-й армии частью сил перейти в наступление 16 декабря, то есть на два дня раньше. Для этого была сформирована подвижная группа во главе с генералом К.И. Новиком.

Обращает на себя внимание темп, с которым надлежало наступать армиям правого крыла Западного фронта. Ставка установила его в пределах 10-15 км в сутки, а Г.К. Жуков увеличил до 20-25 км в сутки, то есть почти вдвое, хотя в тех условиях достичь таких темпов было практически невозможно.

В то же время ряд важных решений приняло и верховное главнокомандование вермахта. 16 декабря Гитлер отдал приказ войскам группы армий «Центр» держаться до последней возможности, чтобы выиграть время для улучшения транспортного сообщения и подтягивания резервов. Приняв решение любой ценой удержать фронт, Гитлер 16 декабря пришел к выводу о необходимости заменить как Браухича, так и Бока, которые, по его мнению, не смогут справиться с кризисной ситуацией. Анализ этих решений показывает, что верховное главнокомандование вермахта только к середине декабря осознало всю степень опасности, нависшей над группой армий «Центр». Лишь спустя 12 дней после начала контрнаступления советских войск под Москвой оно убедилось, что их действия привели не к тактическим прорывам местного значения, а к прорыву стратегического масштаба. В итоге создалась угроза разгрома самой крупной стратегической группировки вермахта. Острота положения усугублялась тем, что ее соединения могли осуществить отход, только бросив тяжелое вооружение, а без него немецкие войска оказались бы не в силах удержать те тыловые позиции, на которые они отходили.

Впрочем, объективно оценивая состояние и возможности сопротивления группы армий «Центр», следует отметить, что с сокращением линии фронта положение немецких войск несколько улучшилось. К рассматриваемому моменту плотность 3-й и 4-й танковых групп увеличилась в 1,4 раза, а армейской группы «Гудериан» — в 1,8 раза. Вот почему войска группы армий «Центр» имели реальную возможность вести упорную оборону и оказывать достаточно активное сопротивление наступавшей Красной Армии. Оттого и требование Гитлера к войскам оказывать фанатичное сопротивление на занимаемых позициях выглядит вполне обоснованным, так как оно соответствовало сложившейся обстановке и боевому потенциалу немецких войск. Сняв Браухича с поста главнокомандующего сухопутными войсками, Гитлер сам решил стать во главе сухопутных войск и лично осуществлять руководство всеми мероприятиями по спасению восточного фронта.

Материал подготовлен Научно-исследовательским институтом (военной истории) Военной академии Генерального штаба ВС РФ

Читать полностью: http://artyushenkooleg.ru/wp-oleg/archives/14649